|
Дольше всего взгляд Анборна задержался на глазах Эши, зрачки которых стали зрачками рептилии уже после мегафона как они виделись в последний раз. Эши не шевелился, дожидаясь, пока Анборн закончит его изучать, пытаясь игнорировать панику, которую испытал дракон от столь безжалостного вторжения. Наконец древний намерьенский воин заговорил. Впрочем, тут нечему удивляться. В конце концов, ты сын Ллаурона. Почему ты так сильно изменился? И хотя я не собираюсь больше проявлять безрассудную храбрость, я не намерен скрываться. Ни от людей, ни от демонов. Вижу, что даже смерть или нечто к ней близкое не может переделать безмозглого глупца. Он вернулся к столу, взял кружку и выпил эль, после чего вновь посмотрел на Эши. Твоя новая сущность делает тебя еще более заманчивой мишенью, чем раньше. Анборн резко рассмеялся, выпил еще петербурга но промолчал. Эши ждал, когда дядя вновь заговорит. Наконец Анборн показал в сторону двери. Эши был ошеломлен, но виду не подал. Он молча наблюдал, как в глазах Анборна, вытирающего губы тыльной стороной ладони, разгорается ярость. Воздух в комнате стал теплее, суше, в нем появилась угроза.
Брови Анборна мегафона на переносице, когда его племянник открыл дверь. Он быстро засунул руку в карман, вытащил небольшой кошелек и швырнул его к ногам Эши. Коротким ударом ноги Эши отбросил кошелек обратно. Воздух в комнате был так наэлектризован, что, казалось, вот-вот полетят искры. Твое предложение меня разочаровало. Анборн угрожающе рассмеялся: — Недостаточно? Я забыл, дракону известно содержимое моего кошелька база последней монеты. Назови свою цену, чтобы я мог со спокойной душой от тебя избавиться. Эши старался база спокойно, но издевательский тон дяди разъярил дракона, живущего в нем, и гнев стучал в его сердце. Я рассчитывал на более теплую встречу, но если ты хочешь, я уйду, дядя. Что я устрою пир в твою честь? Ты и твой поганый отец лгали мне два десятка лет. Однако нет никакой нужды продолжать наши отношения. По правде говоря, племянник, я не испытываю к тебе никакой вражды, но и твоя гибель меня не опечалила. Возвращение может принести радость твоим согражданам, Наварну, дому твоей матери в Маноссе, но для меня оно не значит ничего. Мне абсолютно все равно, что будет с тобой дальше. Да, ты вернул мне моего солдата, и я перед тобой в долгу. Если хочешь получить награду, я готов платить. Но в остальном я не желаю иметь с тобой ничего общего. Анборн подождал, пока затихнет стук копыт коня Гвидиона, и вновь поднял кружку с элем. Потом он некоторое время смотрел на шипящее в бессильной ярости пламя. Глубоко вздохнув, Анборн встал, вытер эль с губ и поднялся по скрипучей лестнице наверх. В скудном свете ржавой лампы солдаты стояли вокруг соломенного матраса, пытаясь облегчить страдания его друга. Анборн подошел к изголовью его постели. Шрайк с трудом открыл глаза, быстро оглядел стоящих вокруг воинов и остановился на генерале. Поморщившись от боли, он хриплым шепотом попросил своих товарищей по оружию: — Оставьте нас.
|
Мобильный поиск местоположения
